Dėl kelių lietuvių kalbos tarmių ypatybių - Grinaveckis, Vladas (Baltistica, 1979)
О НЕКОТОРЫХ ФОНЕТИЧЕСКИХ ОСОБЕННОСТЯХ ГОВОРОВ ЛИТОВСКОГО ЯЗЫКА 1. В жемайтско-дунининкском говоре окрестностей Гардамас (Шилутский р-н) вторичное дифтонгическое сочетание am в форме местного падежа единственного числа имен прилагательных, местоимений и причастий превратилось в ọт. Напр.: baltọ̃m baltamè „в белом“, gerọ̃m geramè „в добром“, ketọ̃m kitamè „в другом“, vêrdamọ̃m verdamamè „в кипящем“. 2. В жемайтско-дунининкском говоре окрестностей Даукувы дифтонгические сочетания am, an превратились в ọт, ọn, за исключением двух слов, в которых an превратился в u˙n (û˙nžû˙ls ą́žuolas „дуб“, spu̾˙ngu̾˙lĩe spanguolė̃ „клюква“). По всей вероятности, превращение an в ип в упомянутых словах зависит от ассимиляционного воздействия и˙ , стоящего в последующем слоге. 3. В среднеаукштайтском говоре дер. Скрайчёнис (Алитусский р-н) гласные ė, о в основе слова превратились з дифтонгоиды /i/ė, /и/о/, напр.: b/í/ėkt’ bė́gti „бежать“, br/и́/о-lis brólis „брат“ и др. В окончании слова монофтонги ė, о сохраняются. 4. В среднеаукштайтском говоре окрестностей Езнаса глагольные формы 1-го и 2-го лиц множественного числа употребляются с окончаниями -тė, -tė, напр.: rãšomė „мы пишем“, rãšotė „вы пишете“ и др. Конечное долгое -ė в данных формах, по-видимому, позаимствовано из возвратных форм, ср. rãšomės „мы подписываемся“, rãšotės „вы подписываетесь“. Кроме того, сохранению долгого гласного -ė могло способствовать его древнее ударение.